19:36 

Magnus Kervalen
Идём со мной, и я покажу тебе удивительный и чарующий мир сидеть дома. ©
Название: Опрокинутое небо
Автор: Magnus Kervalen
Бета: сам себе бета
Фандом: Виталий Губарев "Королевство кривых зеркал"
Персонажи: Абаж/сын Абажа
Рейтинг: R
Жанр: драма, AU
Предупреждения: инцест, сомнительное согласие
Размер: драббл
Дисклеймер: На рисовые поля и их обитателей не претендую.
Саммари: У Королевства кривых зеркал будет новый король.
От автора: "Парный" драббл к фику "Перед грозой" magnus-kervalen.diary.ru/p187780839.htm, своего рода его отражение.

В огромном зеркале рисовых полей отражались облака. Багровые, пурпурные, цвета свежей крови, они наливались грозой и расцвечивались зловещими оттенками заката. Облака низко нависали над бесконечной гладью болот, почти касаясь своего отражения – опрокинутое небо в кривом зеркале рисовых полей. Вечер не принес прохлады; напротив, сырость и духота стали невыносимыми, и к затхлому зловонию болота примешался запах приближавшейся грозы.

- Что такое, Кирамок? Не спится? – мальчик, сидевший на ступенях веранды, вздрогнул и обернулся – испуганно, будто его застали на месте преступления.

- Сколько раз тебе говорить. – продолжал тот же рокочущий голос, - Не сиди на мраморе, простудишься. Здесь сыро, а у тебя больные легкие.

Мальчик поднялся на ноги, но не сдвинулся с места, а остался на ступенях и зачем-то обнял колонну, словно хотел удержаться за нее.

- Рамок. Подойди.

Все еще колеблясь, мальчик оторвался от колонны и медленно подошел к оттоманке, стоявшей в глубине веранды – там, где вечерние тени сгущались настолько, что все очертания начинали расплываться и исчезать во мраке. Человек, полулежавший на оттоманке среди подушек и шелковых покрывал, протянул руку и коснулся щеки мальчика – тот сжался от прикосновения этой холодной, мягкой, влажной ладони.

- Тебе предстоит насыщенный день, Кирамок. Нужно выспаться. - ладонь переместилась на шею мальчика, и холеные пальцы провели по нежным завиткам волос, которые уже успели отрасти с последней стрижки, - Я хочу, чтобы ты предстал перед своими подданными прекрасным юным властителем, а не болезненным ребенком с синяками под глазами. Ты ведь помнишь тронную речь?

Мальчик с готовностью кивнул и бесцветным голосом начал произносить заученные слова:

- Жители славного Королевства кривых зеркал! Мы, ваш новый король… - но он замолк, услышав тихий смех. Рука, лежавшая на его шее, легонько потянула его к оттоманке, и мальчик покорно забрался туда, скользя на обтянутых атласом подушках. Мягкие губы коснулись его виска.

- Отец… - выдохнул мальчик, делая слабую попытку отстраниться, но почти сразу же оказался в плену у властных рук.

- Мой маленький король, - прошептал Абаж и снова тихо рассмеялся – рокочущим грудным смехом, - Его Величество Рамок Первый… Забавно звучит, не правда ли? Тебе нравится?

- Да, - послушно отозвался мальчик. Он крепко зажмурил глаза и старался не вздрагивать от прикосновений отца, который рассеянно поглаживал его плечи и спину, в то же время целуя его макушку.

- С Нушроком и с его змеей-дочерью придется повозиться, - задумчиво говорил Абаж; в полумраке Рамок не мог видеть его лица, но по голосу он слышал, что отец по-прежнему улыбается, - Они наверняка попытаются избавиться от тебя. Но я им этого не позволю… Я всегда буду рядом… Ты станешь основателем династии Абажей на троне Королевства кривых зеркал. Мы будем жить в довольстве и неге, мой головастик, - при этих словах Абаж поцеловал сына в нос, - Мы задушим восстание, казним Нушрока и Анидаг и заживем с тобой как короли… да мы и будем королями. И ты войдешь в историю как Рамок Добрый, что принес королевству мир и процветание. – по-видимому, это показалось Абажу ужасно забавным, потому что он снова затрясся от тихого, почти беззвучного смеха.

Некоторое время он молчал, уже в который раз обдумывая свои бесчисленные хитроумные планы. Рамок подумал, что Абаж, должно быть, представляет отрубленные головы Нушрока и Анидаг и себя самого, стоящего за троном – а по тронному залу движется бесконечная вереница заморских послов с богатыми дарами… Мальчик вгляделся в умиротворенное лицо отца, проверяя, можно ли уйти – Рамок никогда не мог определить, спит Абаж или бодрствует, наблюдая за окружающими из под полуопущенных тяжелых век.

Однако стоило мальчику шевельнуться, как рука Абажа, прежде тяжело лежавшая на его затылке, молниеносно переместилась на его шею и сжала так, что Рамок слабо вскрикнул от боли.

- Я разрешал тебе уйти, сын?

Губы мальчика шевельнулись, но он не смог издать ни звука. Абаж вдруг широко открыл свои выпуклые, влажно блестевшие глаза, и Рамок содрогнулся от этого пристального холодного взгляда.

- Так я разрешал тебе уйти?

- Нет, отец, - наконец смог выдавить из себя мальчик.

- Твоя непочтительность огорчает меня. – глаза Абажа, вспыхнувшие на короткое время, вновь стали тусклыми и мутноватыми; он медленно опустил веки. – Я полагаю, не у каждого мальчика Королевства кривых зеркал есть всё, чего только можно желать. И не каждый отец добывает для своего отпрыска корону. Разве я неправ, рассчитывая хоть на малую толику твоей… благодарности?

Рамок низко опустил голову.

- Простите меня, отец, - еле слышно прошептал он.

Полные губы Абажа тронула улыбка.

- Конечно, я тебя прощаю, Кирамок. Ты ведь знаешь – я не могу долго сердиться на моего мальчика. – он приподнялся на локте, и закат залил его лицо кровавым светом. Рамок почувствовал, что снова начинает дрожать. – Боюсь, я окончательно избаловал тебя.

Руки Абажа обвили талию мальчика, и тот вдруг оказался лежащим на спине среди подушек, в то время как отец нависал над ним, и теперь Рамок задыхался от его запаха – пряных духов, пота и едва ощутимого запаха болота, который, казалось, пропитал здесь всё вокруг. Мальчик закрыл глаза. Ему хотелось забыться, отстраниться от того, что происходило с ним снова и снова, не чувствовать влажных поцелуев отца на своей коже, прикосновений его холодных рук, его взгляда, шарившего по обнаженному телу Рамока… Не слышать вкрадчивого голоса, произносившего приторно-ласковые слова - потому что эта притворная нежность причиняла ему боль куда большую, чем член Абажа, безжалостно разрывавший его плоть. Рамок сглатывал слезы - они сердили отца; кусал губы, чтобы с них не сорвались рыдания; комкал в руках покрывало… Абаж впился в губы мальчика поцелуем, и Рамок почувствовал, как в рот проникает его язык – толстый, влажный… К горлу мальчика подкатила тошнота. Затхлый запах стоячей воды стал невыносимым…

Абаж несколько раз содрогнулся всем телом, в последний раз толкнулся в разорванный анус мальчика и, кончив, тяжело навалился на сына. Мальчик выполз из под Абажа, но уйти не посмел и скорчился на полу у оттоманки, чувствуя, что между ног у него омерзительно влажно от крови и спермы. Рамока била дрожь, но слез уже не было. Ему казалось, что в его кожу уже навсегда въелся запах болота.

@темы: Королество Кривых Зеркал, Виталий Губарев, R, слэш, фанфики

Комментарии
2013-05-14 в 19:38 

Танья Шейд
Свобода твоих клыков кончается там, где начинается свобода чужой шеи
Magnus Kervalen,
Очень рада увидеть это здесь! Спасибо!

     

Фанфики по редким книжным фандомам

главная